Был в советском флоте, неординарный командир многоцелевой атомной подводной лодки, имевший две странные мечты.
Первая заключалась в осуществлении мёртвой петли на подлодке. Эта идея у него зародилась ещё в учебке, когда один из преподавателей, для лучшего усвоения материала сказал, что аэродинамика и гидродинамика – родственные науки. Управление самолётом происходит по тем же принципам, что и управление подводной лодкой. Вот он и подумал: если самолёт делает мёртвую петлю, то почему бы не сделать её на лодке? Для осуществления этой задумки, он ждал, когда появится скоростная и манёвренная лодка, способная такой манёвр выполнить. Правда, нужно было бы попасть на неё командиром… Но такая лодка всё не появлялась.
Вторая мечта – потопить авианосец «Энтерпрайз». Будучи четверокурсником, эта мысль появилась у него на занятиях по тактике, когда разбирали опыт потопления в 1944 году, американской подлодкой японского авианосца «Синано». А перед этим, были лекции, на которых изучали новёхонький, только что спущенный на воду «Энтерпрайз».
В отличие от «Синано», в охранении «Энтерпрайза» был целый флот : лодки, корабли, противолодочная авиация. Подобраться к нему практически невозможно. Если ракетная атака ещё хоть как-то была возможна с дальнего расстояния, причём с неминуемым получением «обратки» после выхода последней ракеты, то сблизиться на расстояние торпедной атаки было нереально.
Так и нёс командир эти две мечты через годы службы. До тех пор, пока перед выходом в очередной поход, не узнал, подробности задания.
А оно заключалось вот в чём: в том районе океана, куда они должны направиться, будет проходить авианосная ударная группа (АУП), во главе с … «Энтерпрайзом», за вероятным противником нужно было только наблюдать, записать шумы... Вот она мечта! Причём этой мечтой на то время уже «болела» вся команда.
По счастливой случайности, в районе прохождения АУП, начался шторм. Лодке удалось незамеченной залечь на курсе следования группы. И вот, лодка на стабилизаторе глубины без хода, в отсеках тишина, колокола и «Каштан» не используются – переговоры только по телефону.
Наконец, акустики «поймали» групповую цель, в центре которой, классифицируется, как авианосец! Пальнуть бы! – в голове командира. Но нельзя даже имитировать атаку. А так хочется обозначить наглым янкам торпедную атаку.
Следует команда: «Всплыть на перископную глубину на стабилизаторе».
Перископ поднят, авианосец как на ладони: огни горят, самолёты взлетают. Курс менять не собираются.
Командир решается всё-таки на имитацию торпедной атаки. Отдаёт приказ освободить два торпедных аппарата от торпед и приготовить аппараты к прострелке воздухом.
Тут механик подходит к капитану и напоминает, что гальюны (туалеты) уже давно полные и их нужно продуть. Этим убиваются сразу 3 зайца: воздуха на прострел уйдёт меньше, гальюны от дерьма освободятся и директиву о запрете имитации атак не нарушат.
Эта мысль понравилась даже особисту, находящемуся на лодке.
И вот, убирают перископ, отрабатывают все действия, предшествующие торпедной атаке, но вместо команды торпедному отсеку, отдаётся команда механику:
- Механик, товсь!
- Есть товсь!
- Пли!
- Есть пли, – ответил механик.
Механик отчитался, что баллоны гальюнов продуты, а в воздухе появился отчётливый запах дерьма.
Через несколько минут поднимают перископ и наблюдают ужасную картину: авианосец горит, очень хорошо горит!
Что такое? Продули гальюны, а авианосец горит!
Тут особист замечает включенный тумблер связи с торпедным отсеком… Получается, команду «Пли!», мог выполнить не только механик, но и командир торпедного отсека! Он подбегает к «Каштану» и вызывает первый отсек, но в ответ – тишина.
Капитан спокойно особисту:
- Товарищ лейтенант, «Каштан» выключен, отойдите в сторону и без моего разрешения, ничего здесь не трогайте…
Капитан даёт команду включить «Каштан» и вызывает торпедный:
- Сколько у тебя боезапаса?
- Боезапас без изменения, - ответили из торпедного.
Авианосец продолжал приближаться к подводной лодке и командир скомандовал:
- Срочное погружение! Турбине вперед девяносто три! Ныряем на сто метров!
По возвращению на базу, началось долгое разбирательство: изъяли вахтенные журналы, опросили каждого с точностью показаний - до минуты.
Позже, по линии разведки, выяснили реальную картину произошедшего.
Американцы знали о присутствии нашей субмарины, но потеряли её из вида. И тут кто-то из сигнальщиков на авианосце, заметил поднятый перископ. Докладывают командованию. Все начинают нервничать. Потом перископ пропадает (чтобы не запачкать дерьмом), а на его месте через минуту появляется вышедший на поверхность воздушный пузырь (гальюны продули). Акустики докладывают о звуках торпедного залпа…
Командир «Энтерпрайза» даёт команду на уклонение от торпед. Авианосец начинает поворачивать, а в это время на посадку шёл самолёт. В результате, самолёт врезается в другие, стоящие самолёты – начинается пожар, который наши и увидели после поднятия перископа. К тому же, авианосец резким манёвром наваливается на крейсер «Белкап».
Итог этой операции: авианосец и крейсер на несколько месяцев стали на дорогостоящий ремонт.
Со всей команды взяли расписку о неразглашении, командиру - орден «Красного знамени» и перевод в учебный центр, начальником тактического цикла – чтобы другую свою мечту не надумал осуществить.
[свернуть]